Ответы   Егор Летов,  музыкант
 
 

                 Егор Летов — родоначальник сибирского панка, лидер группы «Гражданская оборона». В конце 
                     80-х записи «ГО» изменили представления о музыке у тысяч людей, прошлогодний же альбом 
                     «Звездопад», составленный из советских песен 60-70-х, дал понять, что «ГО» остается самой живой 
                     рок-группой России. 26 апреля «Гражданская оборона» играет концерт в  Горбушке  — а месяцем 
                     раньше в Москве вышло 500-страничное собрание стихов Летова. 
 
 

                 — Группа «Гражданская оборона» впервые выступает на главной рок-площадке Москвы. 
                 Чего ждете от концерта? 

                 — Горбушка — это обычный зал, не понимаю, отчего такая шумиха. Просто зал, в котором еще 
                 не играли. Пожелания — чтобы был хороший звук. 

                 — Как вы вообще себя в Москве чувствуете? 

                 — Про Москву очень сложно сказать… Лучше всего было в передаче «ОСП-студия», в рубрике 
                 «Намедни. Будущее» или что-то типа того; там изображена была карта России 2015 года, где 
                 Россия — это маленькая красная точка на месте Москвы в окружении огромных просторов Чечни 
                 и прочих татарстанов. 

                 — Вы в последнее время довольно часто ездите на гастроли. Устали? 

                 — Постоянное концертирование — это проявление бытия нашего, как есть, дышать, спать, гостевую 
                 ВВ читать, наша форма существования, как живем уже больше 15 лет, — одновременно тяжелая 
                 и приятная. 

                 — Чью, простите, гостевую? «Воплей Видоплясова»? 

                 — ВВ — это неофициальный сайт болельщиков московского «Спартака», без него у нас утро 
                 не начинается. 

                 — А что касается музыки? Что такое «ГО» в контексте остального русского 
                 рока? 

                 — Комментировать других артистов не буду — профессиональная этика не позволяет. А кроме того, 
                 совершенно не интересуюсь творчеством отечественных так называемых рок-музыкантов, которых, 
                 как считаю, в природе никогда не существовало и не существует. Группа наша создана не как 
                 альтернатива чему-то, а как то, что самому приятно играть и слушать. По сей причине единственным 
                 критерием правильности, вкусности и вообще ценности содеянного являемся мы сами. 

                 — Зачем тогда выставлять музыку на всеобщее обозрение? 

                 — Это, как я считаю, проявление благодарности тем, которые, как и я, таким же образом 
                 действуют, дышат, творят, выдают в пространство красивейшие объекты, которые в нем пребывают 
                 как самостоятельные живые существа. Мы вообще собираем, слушаем, читаем, потребляем 
                 широчайший спектр всяческих редчайших проявлений сознания — или бессознания, — все 
                 странное, неординарное, что создано человечеством, что не вписывается ни в какие рамки, этакий 
                 планетарный аутсайдер-арт во всех проявлениях, музыкальных, текстовых, философских, 
                 религиозных… 

                 — Что вы имеете в виду? 

                 — Никаких имен называть не надо, пусть у людей работает фантазия. А что касается ершистости, 
                 специально этого не приходится добиваться. Мир таков, и всегда был и будет,что состояние войны, 
                 войны за гранью фола, — это его естественное состояние, и это истинное состояние правильного 
                 художника, то есть аутсайдера. 

                 — Ваша война, похоже, изначально рассчитана на поражение? 

                 — Да, можно сказать, что война проиграна в этом мире, при том что художник остается 
                 непобежденным. Вообще, любое дело по своей сути уже изначально проиграно, потому что само 
                 существование человека трагично. Цитируя Киру Муратову, в самой жизни есть нечто ужасное. 
                 Да и вообще, рассматривая историю нашей очередной цивилизации, не говоря уж об эволюции, 
                 преисполняешься некоего юмористического взгляда на человечество и его перспективы. 

                 — Правда ли, что вы записываете новый альбом? 

                 — В настоящий момент можно сказать, что альбомов будет как минимум два. Хотя это, собственно 
                 говоря, один альбом в двух частях или двух ипостасях, одна из которых — это всяческие сны, 
                 а с другой стороны — наличие войны. И то и другое — во всевозможных проявлениях. 
                 В некотором смысле это сны, которые снятся на войне. Альбомы эти носят характер 
                 концептуальный, это не просто набор песен, как было раньше. Дело осложняется тем, что песен 
                 становится все больше, а из-за постоянно случающихся гастролей мы не успеваем их записывать. 
                 Для того чтобы нормально записать что-то, нужно знать, что у тебя впереди хоть год, в состоянии 
                 постоянного сидения на чемоданах это делать невозможно. Поэтому и «Звездопад» так долго 
                 не выходил — приходится писать короткими блоками, между которыми очень большое по времени 
                 состояние. 

                 — В 1990 году вы говорили, что дух умер и вообще пора с музыкой завязывать. 
                 А сейчас какой стимул у вас появился? 

                 — Если человек живой, так он всегда живой, а если мертвый, то его уже не реанимируешь. К тому 
                 же кто-то же должен что-то делать! Никто ничего путного не делает и не создает! Я уже брал паузы 
                 по два года, по три, и что я вижу? Как ничего не было, так и нет. Как замолчал, так тишина 
                 и повисла и висит, и висит. Так полежишь, покуришь и «опять себя смешить». 
 
 

                 Вопросы: Максим Семеляк 
 
 
 
 


                       "АФИША"   21 апреля - 4 мая  2003
 
 
 
 
 
 

 


 

          2004
           "CULTURE-FRONT"
 
 
 
 
 

Hosted by uCoz